К 350-летию  добровольного вхождения Бурятии в состав россии

(Оконч. Нач. в №№ 49-50, 51-52, 53-54, 55-56).

Схватка 

Значительное развитие среди бурят получило устное юридическое право, выраженное в форме анзы, штрафа за преступление. Нормы обычного права опирались, в первую очередь, на силу рода, и будучи чрезвычайно действенным инструментом урегулирования споров,  пресекали на корню многие и многие конфликты.

Складывание единого бурятского народа, в частности, его западнобурятского компонента растянулось на протяженный отрезок времени. Консолидация сопровождалась жестокими межродовыми столкновениями, нередко истреблению подвергалось все взрослое мужское население проигравшего рода. Примеры межродовых войн хорошо приведены у Н.П. Егунова, в удобной и увлекательной книге «Бурятия до присоединения к России».

Западные буряты к моменту прихода русских являлись очень многочисленным и сильным народом, постепенно расширявшим область своего присутствия в регионе. Они в гораздо меньшей степени страдали от набегов монгольских кочевников, будучи под защитой  горных преград. Даже в случае вторжения монголов, западные буряты были в состоянии выставить достаточно сильное ополчение, кроме того, они прекрасно знали местность, удобную для ведения малой войны.

Таким образом, мы видим и первую причину столь долгого покорения русскими западных бурятских племен. В сущности, они не нуждались в чьем-либо покровительстве и практически не зависели от торговли с оседлыми народами. На первый период русские не могли предложить что-нибудь ценное для западных бурят. В присоединении этих земель к русскому государству были заинтересованы, в первую очередь, казаки и воеводы, но не буряты.

С 1629 года начинается непосредственное завоевание западных бурят казачьими отрядами. И хотя первые встречи носили мирный характер, впоследствии буряты начинают оказывать упорное сопротивление русским отрядам. Во многом «масло в огонь подливали» сами казаки своими нескоординированными действиями. Зачастую с бурят требовали двойную дань. В случае справедливого отказа, казаки принимались за откровенный грабеж. Ожесточенное сопротивление продолжалось практически до середины XVII столетия. «Опрично де, государь, тех брацких воинских людей, -доносили казаки, - во всей Ленской земле таких воинских людей тебе непослушных нет». Буряты собирали военные отряды численностью от нескольких десятков до 2000 человек. Вооружение бурят не уступало русскому, традиции военного искусства имели у западных бурят глубокие корни, как и у прочих народов Центральной Азии: «А приходят де брацкие люди, под острог войною на конях, збруйно в куяках и в шишаках, а бой у них лучной и копейной и сабельной».

Западные буряты отнюдь не торопились принимать русское подданство. Ежегодный сбор дани превращался по своей сути в военную кампанию. Неслучайны строки в казачьем донесении: «тот государев ясак с тех новых людей с тунгусов и с братов по вся годы имали за саблею и за кровью». Часто, чтобы нейтрализовать силу бурятской конницы, казачьи отряды выходили на проведение военных операций зимой, передвигаясь по глубокому снегу на охотничьих лыжах и собачьих упряжках. Вот отрывок текста казачьей инст-рукции: «а вожей весть, связав с великим береженьем, чтоб не ушли и чтобы притить на брацких людей безвесным приходом, проведав где небольшой улус». Скрытно подойдя ночью, к бурятским аилам, казаки окружали его и открывали повальный огонь по юртам. Разгром довершала резня холодным оружием. После уничтожения противника, грабежа его имущества, казачьи отряды столь же поспешно уходили в другом направлении. Прежде чем весть о разгроме отдельного аила или куреня достигала соседей, казачий отряд уже громил другой улус. Каков был шок бурят от таких методов, представить нетрудно. Для противодействия этой тактике, буряты объединяли свои стоянки, выставляя вокруг дозорные пикеты. Однако скотоводам трудно держать скот скученно на одном месте. Тем более, зимой. Не забудем, что буряты практически не заготавливали сена, а значит, полагались на подножный корм. Все это делало невозможным долгое совместное проживание. В итоге, значительная часть хозяйств, кочующих самостоятельно, становились  легкой добычей казачьих отрядов.   

Для подрыва хозяйственной базы противника, казаки угоняли скот, основу богатства кочевников: «а будет брацкие люди сидят все и чаят не в силу и на улусы брацкие не ходить, а промышлять где хотя б скот отогнать и тем бы их смирить». Помимо отгона скота, казаки широко применяли практику взятия заложников (аманатов). Одним словом, покорение бурят носило военный характер. Интересно, но методы ведения колониальной войны в Предбайкалье во многом схожи с методами Кавказской войны XIX столетия. Основной целью казачьих народов являлось не столько занятие территории, сколько наведение ужаса и морального оцепенения на противника путем показательного террора. Зачастую после ухода карательных партий, буряты вновь поднимали сопротивление, либо перекочевывали на дальние рубежи, куда еще не дошли казачьи отряды.

Одних сил казаков было явно недостаточно для покорения западных бурят. По всем сибирским острогам и городкам объявляется набор добровольцев из числа «гулящих» людей, желающих воевать не ради жалованья и карьерного роста, а ради добычи. Сохранился достаточно интересный документ от 1642 года: «прокликать всем торговым и промышленым и всяким охочим людем, хто похочет государю послужить, и они бы шли с ним, Васильем, в Брацкой острожек на государевых непослушников на брацких людей. И то им сказать, будет милостию божиею и государевым счастьем братцких неясашных людей повоюют и под государеву царскую высокую руку приведут и аманатов возьмут и им будет всем всяким людем за ту их службу государево жалованье, а что будет возьмут у тех брацких неясашных людей войною скоту, лошадей и коров и иной какой рухляди и тово у них ничево ко государю не возьмут, и та добыча вся им всяким охочим людем вместе с служивыми людьми, а полон, которой возьмут улусных людей, а не князцей и не их детей и не жен, и тот полон по государеву указу велено на выкуп брацким людем отдавать, а даром тово полону их имать у них опричь братных людей не велено». Интересный факт, зачастую свободные искатели удачи превосходили численно отряды служивых людей и казаков.

Упорное сопротивление бурят привело царскую администрацию к четкому пониманию, что здесь в Восточной Сибири они столкнулись с совершенно иной ситуацией, нежели в других сибирских регионах. Развитое натуральное хозяйст-во спасало бурят от нужды во внешнем рынке. Здесь практически отсутствовали традиции государственных институтов. Парадоксально звучит, но племена, находящиеся на стадии родового строя, было трудно покорить по причине их крайней раздробленности. Мнение одного племени, и даже одного рода ничего не значило для другого, а значит, воевать и договариваться приходилось не с одним объектом, а с несколькими десятками. С аналогичной ситуацией русские столкнутся в XIX столетии на Северном Кавказе. Само слово «вхождение» имеет оттенок некоего лукавства. Можно говорить о вхождении в состав России  Украины на Переяславской раде, грузинского царства Картли, вхождении даже казахских султанатов, но нельзя и невозможно говорить о вхождении Бурятии в состав России, по той простой причине, что как политический субъект Бурятия появилась лишь 30 мая 1923 года.

  «И только де тех братцких людей войною не смирить», — писал в 1647 г. ленский воевода Пушкин в Сибирский приказ, понимая под войною эпизодическую посылку вооруженных отрядов. Помимо постройки острогов, казаки начинают искать себе союзников среди местного населения. Обратимся к достаточно интересному тексту от 1641 г. мая 14. - Запись подтвердительных речей братцкого князца Куршуна Бурлаева на усть Куты реки о шерти его царю Михаилу Федоровичу в вечное холопство. «…и он бы Куршун государю царю великому князю Михаилу Федоровичю всеа Русии служил и иных бы братцких людей под государеву царьскую высокую руку приводил, и за то ему Куршуну будет государево жалованья и от недругов ево будет ему оборонь. И князец Коршун Бурлаев стольником и воеводам Петру Петровичю Головину с товарыщи сказал, что де он по своей вере государю шертовал, что ему под государевою царьскою высокою рукою с своими улусными людьми быть в холопстве вовеки неотступно, и ясак государю с себя и с роду своего и с улусных своих людей полной давать учнет по вся годы беспереводно, и иных братцких людей учнет под государеву царьскую высокую руку приводить, а которые братцкие люди непослушны будут, и ясаку с себя государю не учнут давать, и он Куршун на непослушных братцких людей учнет государевых людей водить войною».

Метод «разделяй и властвуй», столь характерный для всех империй, широко применялся в Восточной Сибири. Для лояльной власти группы бурят, особенно племенной верхушки, давались выгодные преференции и льготы. Освобождение от уплаты дани, доля в торговых делах, помощь в сведении личных счетов, и, безусловно, материальное обогащение, привлекало многих бурятских нойонов и просто нечестивых корыстолюбцев. Однако и на них нельзя было положиться полностью.  Многие улусы переходили по нескольку раз из лагеря в лагерь, из категории «мирных» в категорию «немирных». 

Борьба с переменным успехом протекала всю первую половину XVII столетия, доходя до крайней степени ожесточения. Однако временные победы бурят, не шли ни в какое сравнение со стратегическими приобретениями русских. За спиной у казачьих партий стояла целая империя, полная людских сил и материальных ресурсов. Для освоения восточных земель в 1637 г. в Москве учреждено специальное ведомство - Сибирский приказ. Администрация острогов приступила к масштабной колонизации края проверенным методом. Вокруг острогов селились русские крестьяне и промышленники. Земли под пашни отбирались из бурятских угодий, тягловый скот также поступал из военной добычи. Земледельческое освоение края преследовало две цели: обеспечение продовольственной базы острогов и увеличение процента русского населения. Надо ли говорить, что все крестьяне были вооружены, и при необходимости могли использоваться для решения военных задач.

 Получается, что западные буряты могли лишь отсрочить свое окончательное поражение, ибо ждать помощи им было неоткуда. Надеяться бурятам на монголов было нечего, хотя провокаторов в северные степи монголы отправляли часто. Незавидный факт, но обманутые буряты, бежавшие в монгольские степи, подвергались там такой эксплуатации и ограблению,  что не хочется и говорить. В большинстве своем западные роды, ушедшие в Монголию, рано или поздно вернулись обратно на свою родину.

Одним словом, присоединение Западной Бурятии не было результатом нескольких дней, месяцев, или даже лет. Остановимся на том, что замирение бурят относиться ко II пол. XVII столетия. Покоренные буряты в конце семнадцатого столетия уже считались настолько лояльными, что они привлекались для несения вспомогательной военной службы. Во время вторжения в Забайкалье монголов в 1688 году, среди западных бурят происходит набор ополчения.  В XVIII  столетии мы уже не встречаем никаких сведений о волнениях среди бурят.  Нужно отдать должное гибкости русской администрации. Помимо проведения карательных экспедиций, воеводы сибирских острогов идут навстречу местному населению,  уменьшая размер дани, либо переводя его в денежную форму вместо пушнины. Выплата ясака скотом или деньгами существенно облегчила жизнь бурят в связи с истощением звериных угодий в крае. 

Осознание бесполезности сопротивления пришло не сразу. Однако все шло к этому завершающему аккорду. На смену затяжному противостоянию пришло сотрудничество, хотя и не всегда безоблачное. Признавая все очевидные плюсы окончательного присоединения (вовлечение бурятского населения в общероссийский рынок, приобщение к развитому земледелию и оседлому образу жизни, рост культуры), налицо присутствуют и негативные моменты: постепенное сокращение этнического ареала расселения, ассимиляция значительного числа западных бурят среди русского населения уже к концу XVII века и, безусловно, христианизация населения.

 Несмотря на все минусы, и противоречивую историю взаимоотношений, бурят-ский и русский народ соседствуют на одной земле около 300 лет, новый день бросает обществу  такие задачи, для решения которых требуется несомненная честность в отношениях, и мужество для признания ошибок прошлого. 

На этом, мы, пожалуй, остановимся, потому как тема присоединения бесконечно обширна, и это даже не вопрос для нескольких газетных номеров, а проблема школьного учебного курса «История Бурятии», которого увы, нет в программе.

Зоригто МУНКИН.